Публикации
Наблюдения

Не«Обыкновенное чудо»: чем отличается постановка знаменитой пьесы Шварца в ставропольском театре драмы

Спектакль «Обыкновенное чудо» пополнил репертуар Ставропольского академического театра драмы имени М. Ю. Лермонтова в 2021 году и продолжает радовать зрителей до сих пор. Эту волшебную историю любви представила заслуженная артистка РФ Ирина Баранникова — и как режиссёрка-постановщица, и как исполнительница одной из основных ролей.
«Обыкновенное чудо» — какое странное название! Если чудо — значит, необыкновенное! А если обыкновенное — следовательно, не чудо — такими словами в прологе к пьесе настраивает читателя Евгений Шварц. На сцене всё происходит без слов: игра загадочно-фиолетового освещения, будто лёгкая дымка в воздухе, музыкальное сопровождение, и сразу перед глазами возникает домик Волшебника и его Жены. Это — только одна из частей поворотного круга (подвижной части сцены в центре), а на других вскоре покажутся лес и таверна в горах.
Сама пьеса обыгрывает, казалось бы, давно всем знакомую историю любви: принцесса, заколдованный юноша. Только вот поцелуй превратит его не из лягушки в человека, а наоборот из человека... не в лягушку, а в медведя. И говорится в «Обыкновенном чуде» не только о романтических отношениях двух юных персонажей, но и о любви вообще. Здесь есть влюблённые, которые расстались из-за недоразумения и встретились спустя двадцать пять лет; отец-Король, безмерно любящий свою дочь, но не понимающий её, ведь девушка не такая, как обычные принцессы; Министр-администратор, лжец и негодяй, называющий любовь глупостью. И, конечно же, не стоит забывать о Волшебнике и его Жене. Любовь — движущая сила пьесы, ведь именно из любви Волшебник творит все чудеса: «Мне захотелось поговорить с тобой о любви. Но я волшебник. И я взял и собрал людей и перетасовал их, и все они стали жить так, чтобы ты смеялась и плакала. Вот как я тебя люблю». Шварц в прологе также разделяет героев на близких к «обыкновенному» и близких к «чуду» — они уживаются в сказке, как простые и необычные люди уживаются в жизни.
В спектакле же вдобавок стирается граница между сценой и залом, ведь сказка продолжается и там, дальше, за рядами кресел, персонажи исчезают и появляются среди зрителей, обращаются к ним. Пленяют не только искусные костюмы и декорации (которые в миг создают атмосферу уюта или наоборот, холода и отчуждённости), но и яркие характеры. Актёрам удалось наглядно показать их развитие: как трус превращается в храбреца, несчастный находит своё счастье, привыкшие к лживости и наигранности придворные становятся семьёй в простой обстановке. Отдельно стоит отметить разнообразие речевых характеристик героев, будь то самодовольный размеренный выговор, просторечные обращения, приятный акцент, взволнованный сумбурный лепет. Чувственные моменты уживаются рядом с остроумными шутками или наоборот даже пугающими, завораживающими сценами.
Один герой, почти не фигурирующий в оригинале, режиссёркой спектакля раскрыт довольно необычно. В большинстве сцен, не замечаемый другими персонажами, появляется Палач, которым пугает Король-самодур своих слуг. Сопровождающий его появление звон цепей словно напоминает о неминуемости гибели, о конце всех радостей, намекает на трагический финал. Трудно сказать, метафорический это образ или реальный человек: пусть каждый зритель решит для себя. Но Принцесса освобождает Палача, а после и сама спасается от смерти, спасается всё той же безрассудной силой любви, способной изменить всё. «Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придет конец. Слава безумцам, которые живут так, как будто они бессмертны, — смерть иной раз отступает от них!».
Кроме этого есть и другие отличия спектакля от пьесы, что немного меняют восприятие сюжета. Например, у Шварца Король, как и Администратор, получает по заслугам за своё самодурство. В спектакле же он обретает счастье вместе с дочерью. В третьем действии, которое происходит спустя год после второго, о произошедших за это время изменениях зритель узнаёт от Волшебника, а не Трактирщика. Перемещение в дом по-настоящему главных героев происходит намного чаще, из-за этого создаётся ощущение, что история Принцессы и Медведя — сказка, одна маленькая история внутри другой, главной — истории безмерной любви Волшебника. Она у Ирины Баранниковой становится в большей степени спектаклем о борьбе любви как творческой силы против самой смерти в образе Палача.
#театр #классика